Эйсид Хаус - Страница 51


К оглавлению

51

Через некоторое время он начал видеть, или чувствовать, какие-то структуры вокруг него. Это были нормальные образы, но он не мог понять, откуда они появлялись, или как они развивались, совершенно не обладая реальным ощущением себя, имеющего тело, конечности, голову или глаза. Впрочем, эти образы были четко осознаваемы; иссиня-черный задник, освещаемый мерцающими, вспыхивающими как искры, бесформенными объектами различной массы, столь же неопределяемых, как и он сам.

Я мертв? Это смерть, вашу мать? КОКО ЧЕРТОВ БРАЙС!

Черное становилось более голубым, атмосфера, внутри которой он двигался, определенно сгущалась, оказывая больше сопротивления его ощущению движущей силы.

Коко Брайс

Что-то остановило его движение. Оно было как желе, и он осознал, что сейчас застрянет в нем. Паника на мгновение захлестнула его. Ему казалось важным продолжать двигаться. В нем было ощущение путешествия, требовавшего завершения. Он заставил себя двинуться дальше и смог различить на расстоянии накаленный добела ослепительный центр. Он ощутил мощный прилив душевного подъема и, используя свою силу воли, направился в сторону этого света.

Эта проклятая наркота не реальна. После того, как совсем отпустит, мне придет конец, вашу мать!

* * *

Руки Рори Уэстона дрожали, когда он положил трубку. Он мог слышать визги и крики, доносящиеся из другой комнаты. На мгновение, не больше чем на несколько секунд, Рори пожелал, чтобы он вообще оказался в другом месте и времени. Как же все это произошло? Он начал выстраивать последовательность событий, приведших к этому, но его построения были сразу же разрушены очередным ужасным воплем из-за стенки.

— Держись, Джен, они уже едут, — закричал он, бросаясь навстречу источнику агонизирующей какафонии.

Рори подошел к распухшей фигуре своей страдающей подружки, Дженни Мур, и сжал ее руку в своей. Небольшой диван от Паркер Нолл вымок от ее вод.

Снаружи грохотал гром, заглушая для соседей ее вопли.

Дженни Мур, превозмогая боль, также думала о скопившихся обстоятельствах, приведших ее к этому состоянию в квартире на Морнингсайд. Ее подруга Эмма, также беременная, хотя и на месяц позже Дженни, как-то раз обратила внимание на вид их ковыляющих фигур, отразившихся в витрине магазина на Принцес Стрит. «Господи боже, Джен, взгляни на нас! Ты знаешь, я иногда желаю, вспоминая тот холодный зимний вечер, что лучше бы сделала Иэну вместе этого минет», — воскликнула она.

Они посмеялись над этим, громко смеялись. И вот, Дженни сейчас не до смеха.

Меня разрывает на части, а этот ублюдок сидит надо мной с этим чертовски глупым выражением на своем лице.

Что получаешь от них физически? Для этих мерзавцев это просто очередная ебля. Мы все вынуждены это делать, но тут они все говорят нам, как этим заниматься, контролируют нас — гинекологи, те, что уже стали отцами, все мужчины, вместе в отвратительном прагматическом заговоре... Эти говнюки уже освободились эмоционально от тебя; ты просто хранилище драгоценного плода их несусветного бреда, и выводишь его в мир через свою чертову кровь... но ты становишься истеричной, дорогая... это все гормоны, по всему телу, просто слушай нас, мы знаем лучше...

Прозвенел звонок. Приехала скорая помощь.

Спасибо, Господи, что они здесь, мужчины. Еще больше этих проклятых мужчин. Санитары. Куда, черт возьми, подевались на скорой помощи САНИТАРКИ?

— Успокойся, Джен, мы уже едем... — сказал одобряюще Рори.

«Мы уже едем?» — подумала она, когда очередная волна боли, хуже, чем все, что она когда-либо испытывала, захлестнула ее, раздирая на части. На этот раз гром и молнии самой странной из всех гроз, разразившихся над Шотландией, просто не могли с ней состязаться. Она почти потеряла сознание от боли, когда ее клали на носилки, несли вниз по лестнице и заталкивали в фургон. Они еще не отъехали, как стало понятно, что до госпиталя не добраться.

— Останови фургон, — крикнул один из санитаров. — Это произойдет сейчас!

Машина остановилась на краю пустынного Мидоуза. Только сверкающие всполохи молний, странные, постоянно светящиеся, и следующие по неуклюжим, нетипичным траекториям, освещали совершенно темное небо. Одна из этих молний ударила в карету скорой помощи, припаркованной на этой пустой дороге, когда Дженни Мур пыталась вытолкнуть в мир их с Рори плод.

* * *

ВСЕ ЭТО НЕ ИМЕЕТ КО МНЕ НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ, ВАШУ МАТЬ

КОКО

КОКО БРАЙС

БРАЙСИ

КОЛИН СТЮАРТ БРАЙС

КОЛИН СТЮАРТ БРАЙС

ТЫ ЧЕРТОВ ПСИХ

Как долго я еще протяну

ИН СТЮЮЮЮЮАААААААРРРТТТТ ТТТ Б Р

КОЛИНСТЮАРТБРАЙС

Колин Стюарт Брайс, или Коко Брайс, футбольный фанат из Пилтона, как он осознавал себя, хотя больше не мог быть в этом слишком уверен, двигался в бездонной пустоте геля в сторону белого светящегося центра. Он стал ощущать что-то мчащееся по направлению к нему на огромной скорости, приближающееся из той чувствуемой им отдаленной центральной точки. Теперь густой и твердеющий гель начал стеснять жизненную силу, которая была Коко Брайсом, и этот другой источник энергии связывался с ним с помощью света, проходящего сквозь воздух. Он не мог видеть его, только получал осознание его с помощью какого-то странного, не поддающегося четкому определению сосредоточию чувств.


Хи-биз здесь

Хи-биз там

Хи-биз всю-

ду вашу мать

на на на на на

на на на на


Он, казалось, чувствовал его тоже, потому что затормозил, когда приблизился к нему и, поколебавшись, на скорости проскочил мимо и исчез, растаяв в неразличимой среде вокруг него. Впрочем, Коко представилась возможность почувствовать, что это было, и оно было непохоже ни на что, с чем он сталкивался раньше — удлиненная, голубая, стекловидная, цилиндрической формы сила. И все же она странным образом ощущалась человеческой, точно также как он, Коко Брайс, все еще считал себя человеком.

51